Он председатель совета пациентов, потому что у него есть документ,
где сказано, что он окончил университет. Документ в рамке стоит на его
тумбочке рядом с фотографией женщины в купальнике, про которую тоже
подумаешь, что видел ее в кино - у нее очень большая грудь, и она пальцами
придерживает на ней лифчик купальника, а сама смотрит вбок на фотоаппарат.
Позади нее на полотенце сидит Хардинг и выглядит в плавках довольно тощим,
будто ждет, что какой-нибудь здоровый парень набросает на него ногой
песок. Хардинг всегда хвастается тем, что у него такая жена, самая,
говорит, сексуальная женщина в мире и не нарадуется ему по ночам.
Когда Билли указал на него, Хардинг развалился на стуле, принял
важный вид и говорит потолку, а не Биббиту и Макмерфи:
- Этот... Джентельмен записан на прием?
- М-мистер м-Макмерфи, вы записаны на прием? Мистер Хардинг занятой
человек и без за-записи никого не принимает.
- Этот занятой человек Хардинг - он и есть ваш главный псих? -
Смотрит на Билли одним глазом, и Билли часто-часто кивает. Доволен, что
все обратили на него внимание.
- Тогда скажи главному психу Хардингу, что его желает повидать р. П.
Макмерфи и что больница тесна для них двоих. Я привык быть главным. Я был
главным тракторным наездником на всех лесных делянках северо-запада, я был
главным картежником аж с корейской войны, и даже главным полольщиком
гороха на этой гороховой ферме в пендлтоне - так что если быть мне теперь
психом, то буду, черт возьми, самым отъявленным и заядлым. Скажи вашему
Хардингу, что либо он встретится со мной один на один, либо он трусливый
койот и чтобы к заходу солнца духу его не было в городе.
Хардинг развалился еще сильнее и подцепил большими пальцами лацканы.
- Биббит, сообщи этому молодому из ранних Макмерфи, что я встречусь с
ним в полдень в главном коридоре и пусть два дымящихся либидо скажут
последнее слово в нашем споре. - Хардинг тоже растягивал слова на
ковбойский манер, как Макмерфи; но голос тонкий, задыхающийся, и
получается смешно. - Можешь честно предупредить его, что я главный псих
отделения уже два года и ненормальнее меня нет человека на свете.
- Мистер Биббит, можешь предупредить вашего мистера Хардинга, что я
такой ненормальный, что голосовал за эйзенхауэра.
- Биббит! Скажи мистеру Макмерфи, что я такой ненормальный, что
голосовал за эйзенхауэра дважды.
- А ты передай в ответ мистеру Хардингу, - он кладет обе руки на
стол, наклоняется и говорит тихим голосом, - я такой ненормальный, что
собираюсь голосовать за эйзенхауэра и в нынешнем ноябре!
- Снимаю шляпу, - говорит Хардинг, наклоняет голову и жмет Макмерфи
руку.
Мне ясно, что Макмерфи выиграл, хотя не совсем понимаю, что именно.
