Копи царя Соломона
Те, кто понимают ограниченность и бесполезную болезненность повышения пенсионного возраста, предлагают средство радикальнее: покончить с солидарной пенсионной системой и перейти к накопительной.
Солидарная система – это не «тяжёлое наследие совка», а общепринятая норма для всех послевоенных европейских стран вплоть до недавнего времени. Принцип её действия прост: пока ты работаешь, из своей зарплаты платишь взносы, которые идут на содержание сегодняшних пенсионеров. Стукнет тебе 60 – будешь сам получать пенсию из денег, заработанных молодёжью «в режиме реального времени». Понятно, что при демографическом перекосе в пользу пожилых людей финансовая нагрузка на работающих возрастает.
И многие «светлые головы» предлагают отказаться от этой системы вообще, в пользу «накопительной». Это когда каждый человек на протяжении своей трудовой жизни из собственной зарплаты откладывает какую-то часть на собственный пенсионный счёт, потом прекращает трудовую деятельность и кормится плодами собственного труда, не завися ни от кого.
Так в теории. На практике финансовый кризис, начавшийся в 2007 г., очень наглядно показал последствия такого «обособления». Дело в том, что «деньги на старость» человек хранит не дома под подушкой, а в пенсионных фондах, преимущественно частных. Те обязуются сохранить деньги клиента в целости и добавить проценты, которые бы перекрыли, по крайней мере, инфляцию. Для этого они ввязываются во всевозможные финансовые авантюры, «крутят» эти средства, пытаясь их преумножить – и вполне могут просадить все вверенные им денежки. Так и случилось: в результате краха американской субстандартной ипотеки «посыпались» разнообразные норвежские и прочие пенсионные фонды, куда доверчивые бюргеры годами скрупулёзно перечисляли трудовую копейку.
И это не какой-то уникальный случай, из которого все вынесли уроки. Относительно недавний пример из России, которая на шаг впереди Украины в вопросе приватизации пенсионной системы. 2 августа 2010 г. инвесткомпания «ВЭБ Капитал», дочерняя структура государственного Внешэкономбанка, заявила, что на днях рассчитывает выкупить у банков, кредитующих ипотеку, облигации на 150 млрд. рублей. 100 млрд. из этой суммы – пенсионные взносы граждан. То есть, государство отнимает у человека его денежки и вручает их банкирам, которые эти деньги выдаёт в кредит покупателям московского «элитного жилья». Когда столичный «средний класс» откажется выплачивать кредит, на возвращение денег можно не рассчитывать: обычно ипотечные облигации издаёт не сам банк, а его дочерняя структура (SPV), не обеспеченная никакими денежными ресурсами. В случае банкротства с неё денег не получишь. Будет ли Внешэкономбанк возмещать пропажу пенсионных денег вкладчику – большой вопрос. Но последний может быть удовлетворён: ведь он «проявил ответственность» и «позаботился о своём будущем».
Сторонники накопительной системы любят расхваливать чилийскую пенсионную реформу. В начале 1980-х чилийцам рассказали, что они должны «сами что-нибудь делать для обеспечения себя в старости» , а не «патерналистски надеяться на государство». Более 90% граждан перешли на новую систему – но в 1990-х, когда темпы экономического роста начали снижаться, добрая половина чилийцев просто перестала платить взносы, таким образом лишаясь права получать пенсию в полном обещанном объёме. При этом теперь-то они действительно не смогут предъявить государству никаких претензий! Перейдя на накопительную систему, они отказались не только от «солидарной» пенсии, но и от денег на медицинские расходы, дешёвой ипотеки и других пособий, которые шли «в пакете». Примечательно, что когда Пиночет запустил эту «реформу», его армия и полиция остались при своих щедрых государственных пенсионных планах.
В Украине переход к накопительной системе наиболее активно отстаивает не какое-то чиновничье ведомство и даже не какая-то группировка отечественных капиталистов – впереди всех шагает зарубежный финансовый капитал. Именно он наиболее заинтересован в открытии нового рынка, довольно-таки внушительного по объёмам. Собственно, «профильный» проект Агентства США по международному развитию (USAID), работающий в Украине, так и называется – «Развитие рынков капитала». Возглавляет его «профессиональный контрреволюционер» Грег Мактаггарт, до этого аналогичным образом «развивавший рынки капитала» в Австралии, странах Океании, Великобритании, России, Монголии, Вьетнаме, Египте, Таджикистане и Китае. Именно он чаще всего выступает на всевозможных мероприятиях, призванных убедить общественность, что единственное спасение – в накопительной пенсионной системе.
Энтузиастов-«накопителей» не смущает откровенный цинизм их аргументации: в Украине, дескать, сейчас фондовые рынки абсолютно неразвиты, поэтому огромные кучи «пенсионных» денег просто некуда девать. Другое дело – если будут созданы условия для «инвесторов», которые смогут принимать вклады у населения и «крутить» их у себя. Такое впечатление, что никто не в курсе: практически все социально значимые отрасли народного хозяйства хронически страдают именно от недофинансирования. «Дайте денег!» - будет первым и главным ответом врача, учителя, коммунальщика, метростроевца и т.д. – если кому-нибудь придёт в голову спросить их, чего им надо, чтоб работать лучше. Но куда более «разумным» шагом, конечно, будет отдать денежки американским банкирам: им виднее, куда их потратить.
Наша земля, впрочем, тоже рождает собственных «невтонов», быстрых разумом в отношении присвоения чужих денежек. Осенью правительство, представители работодателей и Федерации профсоюзов Украины (ФПУ) заключили генеральное соглашение на 2010-2012 гг. Во-первых, там говорится о поиске путей «усовершенствования» системы льготного пенсионного обеспечения, что на практике означает сокращение соответствующих издержек для капиталиста. Сегодня льготные пенсии для представителей «массовых» профессий – один из самых конфликтных вопросов. Именно из-за него рабочие Полтавского ГОКа в августе устроили итальянскую забастовку. Возможно, «работодатели» постараются переложить это финансовое бремя на государство – или «высокие договаривающиеся стороны» вообще потихоньку будут сворачивать льготы (естественно, при полной поддержке со стороны ФПУ).
Но самое интересное начинается там, где заходит речь о переходе ко «второму» и «третьему» уровням пенсионной системы. Третий уровень – это негосударственные пенсионные фонды, давно уже вполне законно работающие в Украине, правда, без особого успеха: наёмные работники не видят смысла в том, чтобы отдавать неизвестно кому денежки в обмен на обещание выплатить их через три десятка лет. Второй уровень – это то же самое, только в исполнении одной централизованной структуры и в принудительном, а не добровольном порядке. Такого у нас ещё нет – но ожидается в скором времени. Некий общенациональный фонд будет принудительно отбирать часть зарплаты у всех (как это делает сейчас ПФУ), но не будет передавать эти деньги сразу же нынешним пенсионерам, а заведёт на каждого отдельный накопительный пенсионный счёт. Есть разные варианты конкретного воплощения этой системы, но в любом случае речь идёт о немалых суммах, которые не хотелось бы отдавать «чужим». «Социальные партнёры» решили сделать ход конём и записали в генеральное соглашение норму о необходимости преобразовать ПФУ из государственного органа в самоуправляемую организацию. «Самоуправлять» им должно будет на паритетной основе государство и представители субъектов социального страхования – то есть, страховщики и застрахованные лица.
Коль скоро государство упоминается отдельно от страховщиков, понятно, что речь уже идёт не о государственном, а о частном – тем не менее, обязательном – страховании. То есть, крупному финансовому капиталу государство гостеприимно откроет-таки доступ к огромным ресурсам ликвидности. Частные страховые компании будут распоряжаться деньгами, которые в принудительном порядке ежемесячно будут перечислять им наемные работники со всей страны – около 20 млн человек! Если принять норму отчислений на уровне 7% (такой уровень фигурирует в публичных дискуссиях), а базой обложения считать не только зарплату, но и доходы от предпринимательской деятельности (в духе налоговых инициатив правящей партии), то в распоряжении страховщиков окажутся немалые суммы. Так, в 2009 г., когда уровень доходов населения был низок, они «состригли» бы с наемных работников и самозанятых 33,3 млрд. грн. А с ростом зарплат – и того больше.
Интерес чиновников – в управлении этими финансовыми потоками. Эту почётную миссию они приберегли для себя. Договориться с парой-тройкой крупнейших страховых компаний, которые будут «делать погоду» на новом рынке, не составит труда; более того, «социальным партнёрам» никто не мешает подсуетиться и самостоятельно создать подконтрольную им частную компанию специально для этого. А за «страхуемых» подо всем подпишется Василий Хара – автор проекта Трудового кодекса. бескомпромиссный борец за права трудящихся, возглавляющий ФПУ. По сути, все граждане будут ежемесячно перечислять благотворительные взносы в пользу лично Хары и Дмитрия Фирташа, известного «финансиста и филантропа», которого в ноябре Федерация работодателей выдвинула на должность сопредседателя Национального трехстороннего социально-экономического совета при президенте.
Параллельно «подвешивается» дальнейшая судьба базового «первого уровня», которым пока что занимается ПФУ. Получается, что он тоже будет приватизирован. Как может заниматься «самоуправлением» структура, которая ворочает немалыми народными денежками, более того, страдающая от хронического бюджетного дефицита и дотируемая из госбюджета? Означает ли это полный отказ государства от обязательств, связанных с пенсионным обеспечением, и фактическую ликвидацию первого уровня пенсионной системы?
Что делать
Сохранить в целости деньги на протяжении нескольких десятков лет – дело настолько же непростое, насколько и бессмысленное. Ведь их так или иначе будут куда-то вкладывать, они всё равно не будут мёртвым грузом лежать в банковских сейфах. Намного более рациональным будет сохранение нынешней солидарной системы в целости и сохранности. Разговоры о надвигающемся ужасном крахе действующей системы и животворящей силе системы накопительной надо делить на два. В конце концов, если экономического роста не будет, то денег будет мало как в солидарной системе (потому что зарплаты падают, и количество рабочих мест сокращается), так и в накопительной (потому что прибыльность инвестиций падает). Если же экономика будет расти, то нормально будут работать обе системы: и солидарная (благодаря растущим зарплатам), и накопительная (благодаря спекулятивным доходам от инвестиций). Разница лишь в одном: при накопительной системе открывается новый «рынок», и крупный бизнес получает доступ к нашим деньгам.
Если мы этого не хотим, можно подумать, что надо изменить в солидарной системе. Первоочередные меры видны невооружённым глазом, и это отнюдь не повышение пенсионного возраста (так можно повышать постепенно хоть до 100 лет). Самые очевидные шаги – это, например, ликвидация вопиющего неравенства среди пенсионеров. На сегодняшний день четверть всего бюджета ПФУ достаётся 1 млн. «элитных» пенсионеров (около 7% от общего количества). Для них средний размер пенсии составляет 3,8 тыс. грн., тогда как для остальных 93% пенсионеров – не более 1 тыс. грн. Более того, в стране есть более 6 тыс. пенсионеров, получающих пенсию свыше 60 тыс. грн. в месяц. Казалось бы, их не так уж много, но за эти средства минимальную пенсию можно платить полумиллиону человек. Немного странная ситуация.
Странно и то, что в условиях мирного времени, в умеренном климатическом поясе сотни тысяч мужчин, находящихся в отличной физической форме, уходят на пенсию в расцвете сил – в 40-45 лет. Речь идёт о военных, милиционерах, сотрудниках прокуратуры, МЧС и т.п. Размер их пенсий невелик, но они берут числом. Находясь во вполне трудоспособном возрасте, они продолжают трудовую деятельность, не только пользуясь старыми связями и ведомственными привилегиями, но и получая неплохую прибавку к доходу из госбюджета. Немного приблизить положение этих людей к среднестатистическому отнюдь не помешает. Во всяком случае, это продуктивнее, чем жаловаться на ненасытных шахтёров – их впятеро меньше, чем военных и милиционеров.
А вот миф о том, что страну обирают работающие пенсионеры – всего лишь миф. Они не вызывают никакой молодёжной безработицы, вопреки распространяемым убеждениям. На рынке труда давно уже сложились традиционно «молодёжные» и «старческие» профессии. Никто из выпускников учебных заведений не посягает на должность сторожа или консьержки, наиболее популярные среди трудящихся пенсионного возраста. Конечно, не все они занимаются такой совсем уж непрестижной работой, но то, что после выхода на пенсию месячный доход заметно снижается – это факт. Помогает, собственно, пенсия, которая служит не основным, а вспомогательным источником дохода для всех, кто ещё способен самостоятельно передвигаться в этой стране. Беда (и позор) нашего общества в том, что эти люди выполняют ряд социально значимых функций, которые молодёжи неинтересны: например, работа школьного учителя. А значит, работающие пенсионеры – не обуза, а благо для общества. Запретить им работать было бы крайней глупостью; а отмена пенсий для тех, кто трудится несмотря на возраст, была бы равноценна такому запрету.
Заветная мечта пенсионных реформаторов – сделать так, чтобы люди добровольно отказывались от выхода на пенсию, работая на прежней должности «до упора», перечисляя взносы и не получая пенсии. Для этого не придумали ничего лучше, как увеличить длительность трудового стажа, необходимую для получения пенсии. Во Франции ещё до реформы Саркози такое положение было повсеместным: формально пенсионный возраст 60 лет, но по факту работники частного сектора в среднем уходили на пенсию после 61 года – иначе не хватало стажа. Это требование можно повышать, как и пенсионный возраст, теоретически до бесконечности. А можно попробовать, например, позитивные стимулы: за каждый дополнительный год «полноценной» работы существенно набавлять человеку пенсионную ставку на будущее. В Украине, кстати, такой закон давно уже есть, но он, как это принято говорить, «не действует»: государству жалко денег, а работники и сами плевать хотели на те мизерные суммы, которыми их пытаются прельстить (плюс 1% к пенсии за каждый сверхнормативный год стажа). Есть, правда, баловни судьбы, которым достаётся больше: те, кто выходит на пенсию по законам «О госслужбе», «О статусе народного депутата» и другим, за каждый дополнительный год получают 1% не от пенсии, а от зарплаты – или даже от зарплаты с надбавками! А для судей каждый сверхнормативный год – это вообще дополнительные 2% заработка. Так что сейчас условный пенсионер-льготник, получавший одинаковую зарплату с рядовым пенсионером, за каждый сверхнормативный год получает примерно в 2,5 раза больше.
Не стоит обманываться, впрочем, надеждами на то, что перечисленные выше меры смогут надёжно закрыть все дыры в бюджете ПФУ. При нынешней демографической ситуации для этого есть лишь два средства: или постепенный отказ от пенсионной системы как таковой, или постепенное увеличение участия средств госбюджета в финансировании бюджетного дефицита ПФУ. Во втором варианте нет, в отличие от первого, на самом деле ничего постыдного или ужасного: в конце концов, почему это мы должны за свой счёт содержать госаппарат и подкармливать крупную буржуазию, а не наоборот? Правительство, например, чувствует себя вправе подавать
You must be registered for see links
, в котором сокращены расходы на покрытие дефицита ПФУ, а за счёт этого увеличены суммы госпомощи угольной и аграрной отраслям, расходы на строительство жилья для милиционеров и на пресловутый Евро-2012. Почему Ефиму Звягильскому и Борису Колесникову не стыдно объедать пенсионеров, а пенсионерам должно быть стыдно требовать того, что им причитается?
Постепенно пенсии всё больше должны финансироваться за счёт государства, поскольку в «замкнутом» виде пенсионная система действительно не будет справляться. Здесь нет ничего сенсационного: например, до недавнего времени существовал пенсионный взнос с валютообменных операций, который сейчас почему-то отменили. На эти же цели можно направить, скажем, часть поступлений от налога на недвижимость, прописанного в новом Налоговом кодексе. А вот лазейки, оставленные в нём под шумок для крупного бизнеса, стоило бы заткнуть. Ведь, как пели пираты в детском фильме, жадность – это скверно!
You must be registered for see links